Проблема сиротства — в нас самих

У каждого из нас свой жизненный путь. Который мы сами себе выбираем. Но маленькому человечку, пятимесячному малышу повлиять на свою судьбу не представляется возможным. И тут приходят на помощь взрослые.

Одним из таких «супер-героев» можно назвать Михаила Бутримова, депутата района Вешняки, члена молодёжной Общественной палаты РФ, генерального директора благотворительного фонда «Московский благотворительный резерв».

Михаил был приглашён на недавний показ-обсуждение нашумевшего документального фильма Ольги Синяевой «Блеф, или с Новым годом» в качестве специалиста-спикера. Однако, в отличие от четырёх девушек из организаций АНО «ПРО-мама» и «Старшие Братья Старшие Сёстры», Михаил предстал перед зрителями скорее сторонним наблюдателем, у которого сложилось своё видение сложившейся ситуации.

— Михаил, что для Вас счастье?

— Счастье — это достигать поставленных целей, видеть положительный результат от достигнутого. Вместе с этим, вспоминая произведение Николая Некрасова «Кому на Руси жить хорошо», тяжело ответить однозначно, что есть счастье. У каждого оно своё: кому-то — урожай хороший, кому-то — рост цен на акции или просто комплимент от незнакомца на улице.

— А какие цели Вы сейчас ставите перед собой как депутат и как человек? Почему Вы стали депутатом?

— Я хочу, чтобы мой ребёнок жил в нормальном обществе. И я прикладываю максимум усилий, чтобы создать эти комфортные условия. Стараюсь с друзьями, товарищами, соратниками, чтобы мои сверстники, чтобы те, кто младше, может быть, те, кто старше, перестали «закладывать за воротник». Чтобы они обрели смысл в жизни, чтобы они получили этот вектор, «царя в голове», чтобы на улице было безопасно, чтобы девушки становились матерями, а мальчики мужчинами – защитниками, добытчиками и отцами. Чтобы проснулась ответственность.

— Что Вы думаете о детях-сиротах? Счастливы ли они?

— Маленькие сироты в большей степени счастливы, если можно так выразиться. А вот со старшими дела обстоят куда сложнее. Но сиротам не нужна жалость, как, собственно, и любому другому ребёнку или взрослому человека. Сиротам нужна возможность проявить себя, условия для самореализации, чтобы они не чувствовали себя особенными, не формировали в себе позицию «я несчастный, поэтому все остальные теперь мне должны».

— На Ваш взгляд, почему в России так «популярны» детские дома, дома престарелых?

— Я бы не утверждал о «популярности» детских домов и домов престарелых. Если мы говорим о детских домах, то тенденция последних лет, как и статистика, говорят о снижении количества детских домов, по причине отсутствия сирот. Детей забирают в приёмные семьи. А дома престарелых – это неотъемлемая часть капитализма и либеральной идеологии, которая сегодня негласно является доминирующей в российском обществе. Современная семья по своему количеству и качеству отличается от семьи начала 20 века, когда семья вмещала в себя несколько возрастных категорий людей, состоящих друг с другом в разных родственных отношениях, внуки видели и дедушек, и бабушек. И пожилые родители не были столь одинокими, как минимум, потому, что дети чаще всего жили недалеко. В соседней деревне, например. А, значит, могли позаботиться в случае необходимости. В силу территориальной близости и православного воспитания, как основного.

— Вы говорите о том, что «сирот нет», потому уменьшается количество детских домов. Но как же статистика, которая говорит совершенно об обратном? Ведь по некоторым данным в России насчитывается порядка 650 тысяч (если не больше). Как Вы считаете, это нормальная цифра?

— Да, есть такое число. Вместе с этим ещё есть показатель в несколько миллионов беспризорников. Цифра эта крайне завышенная по причине желания профильным ведомствам получить космические суммы на профилактику «беспризорства». Число есть число. Но ненормально то, что порядка 67-73% из этого числа детей являются «социальными» сиротами. То есть имеют живых родителей, которые по каким-либо причинам не принимают участия в жизни и воспитании ребёнка. Причины разные. Но! Главное здесь не число сирот, а уменьшающееся количество детских домов. Уменьшающееся по той причине, что детей забирают в приёмные семьи. При этом, почему возникает социальное сиротство? Нет должного воспитания, нет должных условий в регионе и пр. А с этим тоже надо бороться.

— То есть, Вы считаете, что проблема в самих людях, верно?

— Конечно. Всегда все беды от человека. Поэтому и говорят: хочешь изменить мир — измени себя.

— Уменьшающееся количество детских домов всё-таки не сопоставимо со статистикой. Разве нет? Вернее, проблема сиротства в России всё-таки не на последнем месте. Вы не согласны?

— Сами сироты, конечно, остаются таковыми, даже при закрытии детдомов, потому что они всё равно остаются на учёте в отделе опеки и попечительства. Но при этом они всё равно меняют статус и обретают семью.

— Соглашусь. Но Вы сами сказали, что «нет должных условий» в числе прочих причин.

— Да, нет должных условий: за приёмного ребёнка государство выплачивает от 7 до 10 тысяч в месяц, кажется. При этом если родная семья не может по каким-то причинам содержать ребёнка, то ребёнка изымают, а не выплачивают пособие в аналогичном размере. Вот одна из причин. Плюс алкоголизм, наркомания, отсутствие заработка и пр.

Конечно, точка зрения Михаила – одна из тысячи. Но проблемы, описанные Михаилом во время беседы, действительно существуют в реальной жизни. Слова, подкреплённые фактами и цифрами, как правило, достаточно правдивы.

Однако стремиться надо не к «правдивости», а к решению проблемы. Если хочешь что-то изменить, начни с себя, как верно отметил Михаил Бутримов.

 

Беседовала Мария КОКОВИНА
источник